К анализу ситуации вокруг Сноудена нельзя подходить с обычными мерками, так как его случай во многих смыслах уникален. Совершенно ясно, что он не был российским «кротом» в АНБ, иначе его «экстракция» прошла бы гладко, незаметно и без международных осложнений. Не был он также «инициативником», так как оказался в России, на мой взгляд, вполне закономерно, но для себя случайно, и не предлагал своих услуг ни одной из чужих разведок, включая российскую. Однако оказавшись в России в совершенно безвыходном положении, в которое его поставили действия американских властей, Сноуден стал весьма перспективным кандидатом для вербовки, что называется «с территории».

Общеизвестно, что Сноуден честно работал на ЦРУ, затем на АНБ, и наконец на частных подрядчиков, выполнявших заказы АНБ, исповедовал достаточно крайние патриотические взгляды, и еще в 2009 году в чате на ресурсе Ars Technica предлагал сурово обращаться с теми, кто разглашает секретную информацию. Приведу довольно обширную выдержку, дающую представление о взглядах Сноудена на этот счет; его ник на этом ресурсе — Трухуха (с ударением на последнем слоге), обсценную лексику перевожу почти буквально, но по возможности смягченно, слова и фразы, написанные заглавными буквами, выделяю жирным шрифтом.

Чат возобновился через несколько минут

Мне неизвестно, имел ли Сноуден отношение к программе червя win32/Stuxnet, физически разрушившей иранские центрифуги для разделения изотопов урана, или просто беспокоился за результаты труда своих коллег, но представляю себе, как больно ему делиться теперь этими и другими подобными сведениями в Москве, откуда они так или иначе попадут в Тегеран.

Я привела без купюр такую обширную выдержку, потому что она приоткрывает внутренний мир Сноудена, показывая его человеком, которому небезразличны судьбы отечества и мира, и не жалеющим усилий в попытках достучаться до любой, даже ничтожной по количеству слушателей и совершенно индифферентной аудитории. Мне представляется показательным его ответственное отношение к сохранению государственной тайны, и четкое различие, которое он проводит между материалами, засекреченными правительством от собственного народа по мотивам политической целесообразности, и сведениями, которые необходимо хранить в тайне от вероятного противника.

По одной из версий он работал штатным хакером, и как подавляющее большинство его коллег, был более чем продвинутым интернет-пользователем. По официальной версии он, во всяком случае в последние месяцы, работал на корпорацию Booz Allen Hamilton, предоставляющую АНБ консультативные услуги по информационной безопасности, включая проверку безопасности объектов и установку программных и аппаратных систем защиты. В любом случае он был активным интернет-пользователем. Его интервью и сообщения его «группы поддержки» из ВикиЛикс, к которой он еще недавно относился с таким пренебрежением и название которой писал со строчной буквы, очень убедительно показывают его мотивы.

Когда Сноуден понял, что в результате его деятельности и работы его коллег американское общество лишилось свободы пользования сетью, он почувствовал угрызения совести, задумался и пришел к выводу, что антинародную антиконституционную деятельность правительства необходимо остановить, а ради этого необходимо собрать доказательства незаконной слежки американского правительства за собственными гражданами и обнародовать их. Об этом он впоследствии рассказал «Гардиан» и упоминал в распространенном газетой видео.

Каждый американец, иногда заглядывающий в газеты понимает, что существуют способы сделать это не нарушая закона, либо задним числом получить от судебных инстанций защиту — в качестве раскаявшегося участника и/или свидетеля преступлений своего руководства. По-русски это неуклюже называется «информатор» или «осведомитель», тогда как в английском существует термин whistleblower, предложенный в начале семидесятых годов прошлого века активистом борьбы за гражданские права адвокатом Ральфом Нейдером.

Дословно выражение «blow the whistle» означает свистеть в свисток, и позаимствовано из спортивных игр, где рефери свистит при нарушении правил. Этот вид гражданской активности защищен американским законодательством; так например, Военный Закон о защите осведомителей гарантирует право военнослужащих связываться с любым членом Конгресса. Сложность случая Сноудена заключалась в том, что дело касалось информации ограниченного распространения, как правило секретной.

Судя по его видео интервью, вывешенному газетой «Гардиан», Сноуден проконсультировался с юристами, что, собственно, и не скрывалось, а напротив, подчеркивалось как самим Сноуденом, так и его группой поддержки. Возможно, потому он подчеркивал такие примеры незаконной деятельности своего агентства как перехват поздравлений с днем рождения, направленных одним американцем другому на территории США.

Дело в том, что действия федерального агента, которым ранее являлся Сноуден, регулируются комплексом актов исполнительной власти, в первую очередь указами президентов США, и данный случай подпадает под указ о Национальной информационной безопасности EO 12356 от 2 апреля 1982 года, где параграф 1.6 «Ограничения при засекречивании» предусматривает: (а) ни в коем случае не может быть ограничена/засекречена информация с целью сокрытия нарушений закона, неэффективности или административной ошибки; для предотвращения конфуза или позора для человека, организации или учреждения … или для предотвращения или задержки обнародования сведений, не нуждающихся в защите в интересах национальной безопасности (перевод мой — Т. В.).

Таким образом, для достижения его цели — защиты общественных интересов — Сноудену надлежало собрать доказательства того, что его работодатель или его клиент, в данном случае АНБ, нарушает закон, без разбора осуществляя перехват частных коммуникаций, а также проникновение в компьютерные сети и персональные компьютеры на территории США, после чего возвратить и/или надежно уничтожить ту часть данных, которая легально и легитимно составляет государственную или служебную тайну, а остальное представить на суд общественности через Конгресс, прессу или общественные организации. Такая миссия на первый взгляд представляется неосуществимой, и в некоторых странах подобное трудно себе представить. Нам же — сложнее и проще одновременно: как бывшие жители СССР мы понимаем, что такого не может быть, но как жители нынешней России понимаем, что еще как может, просто нынешняя американская система у нас еще не до конца построена.

Офис США по управлению персоналом в настоящее время проводит расследование деятельности компании USIS из городка Идилвуд неподалеку от Фолс-Чёрч, Вирджиния, крупнейшего частного подрядчика федерального правительства по проверке анкетных данных. В 2011году USIS проводила проверку Сноудена для получения им допуска к работе на объекте Агентства национальной безопасности на Гавайях в рамках контракта Сноудена с корпорацией Booz Allen Hamilton, у которой в свою очередь имеется контракт с АНБ на оказание консультативных услуг.

На мой взгляд очень странно, что подобная структура обеспечения безопасности не дает сбоев ежедневно, но полагаю, что особых проблем у USIS не возникнет: во-первых, эта бывшая Корпорация служб расследований США (U.S. Investigations Services Inc.) и сама может отбиться, во-вторых, она входит в Altegrity Inc., которая в свою очередь принадлежит Providence Equity Partners LLC, а открывать этих матрешек найдется не слишком много желающих, и в-третьих просто потому, что до прохождения частной проверки Сноудену уже были присвоены государственные допуски третьей и четвертой категории. Подчеркиваю, по американской системе: третьей и четвертой снизу, а не сверху, то есть TS/SCI (Top Secret / Sensitive Compartmented Information). Этот гриф выше, чем простой «совершенно секретно», и это высшая ступень из тех, на которые допускаются простые смертные, дальше идут лишь всевозможные «только для такого-то большого начальника» с ограничениями перемещения документа внутри режимного объекта.

Тем не менее возникает вопрос, каким образом сотрудник частной компании, пусть и с почти безупречным прошлым (если не считать кое-какие вопросы, возникшие по поводу его анкеты в части формального образования) мог получить доступ к самым сокровенным тайнам АНБ — а в том, что он его получил нет никаких сомнений, достаточно раз в неделю пробежать заголовки газет и посмотреть, что еще на нервной почве учудила американская администрация по делу Сноудена.

На первый взгляд Booz Allen Hamilton — не такая уж важная лавочка: ну годовой оборот чуть меньше шести миллиардов долларов, ну пожертвования на избирательные кампании в пользу Демократической и Республиканской партий, а также отдельных политиков, в том числе Барака Обамы и Джона Маккейна. Ничего необычного. Если взглянуть на бывших и нынешних сотрудников, работавших на этой фирме перед Сноуденом и вместе со Сноуденом — тоже ничего необычного, возьмем лишь нескольких навскидку: Тэд Аллен — бывший комендант береговой охраны Соединенных Штатов; Мили Коуплэнд младший из ЦРУ — так это древняя история, он еще Управление стратегических служб (УСС) с Уильямом Донованом основывал; Джеймс Р. Клэппер, директор национальной разведки, заместитель министра обороны по разведке, директор Национального агентства геопространственной разведки, директор Агентства военной разведки; Кит Р. Холл, директор Национального разведывательного офиса (1997-2001); бывший исполнительный директор по делам Разведывательного сообщества; Джордж Литтл — отношения со СМИ, ЦРУ;
Джон М. Макконнелл — директор национальной разведки (2007-2009); бывший директор АНБ (1992-96); Томас С. Мурман-младший — командующий Космического командования ВВС (1990-92); Майкл С. Маллен — помощник комиссара таможенной и пограничной охраны США; Патрик Горман, директор по информационным технологиям (CIO) и помощник заместителя директора национальной разведки (ADDNI) по стратегии, планированию и политике, ODNI; Фредерик Франк Вернер младший — бывший командующий Южного командования США; зачем-то лорд Эндрю Тернбулл, глава британской гражданской службы (2002-2005) и прочие пенсионеры... Хотя есть и кое-кто поинтереснее: Мелисса Хэтэуэй — директор Национальной Кибернетической инициативы, а дальше снова скукота: Джеймс Вулси младший, директор ЦРУ (1993-95), Дов Закхейм, заместитель министра обороны по контролю (2001-04)... Правда, фигуры из бизнеса там поважнее, но в общем, лавочка как лавочка, не нам же с вами осваивать колоссальный бюджет АНБ. Мне казалось, что не нашла ничего особенно интересного, пока не обратила внимание, что Booz Allen Hamilton — это дочка.

Любопытно, а кто же у нас мама? Мамой оказалась Carlyle Group, которая располагая собственными активами 31,567 миллиардов, имеет в управлении активов на 170 миллиардов, и уже показала в этом году доход 86 миллиардов долларов, причем несмотря на кризис все показатели растут. Мама, конечно, тоже спонсирует политиков и пристраивает на работу ветеранов; среди работавших и работающих там людей можно упомянуть Джорджей Бушей — отца и сына, бывшего госсекретаря Джеймса Бейкера III, бывшего министра обороны США Франка Карлуччи, бывшего британского премьера Джона Мейджора, и еще кучу народа поважнее, включая Даниэля Экерсона (Дженерал Моторз), Хоакина Авилу (Леман Бразерз), Лорана Бодуэна (Бомбардье), Дэвида М. Моффетта (Freddie Mac), бывшего президента Бундесбанка Карла Отто Пеля; сводного брата Николя Оливье Саркози...

Таким образом вырисовался треугольник, где в одном углу находится АНБ, в другом — Booz Allen Hamilton, консультирующая АНБ по вопросам компьютерной безопасности и иногда обладающая доступом к внутренней сети агентства на уровне, недоступном большинству сотрудников АНБ, а в третьем — Carlyle Group, владеющая Booz Allen Hamilton и нуждающаяся в продукции АНБ, т. е. в доступе к ее сети. В Booz Allen Hamilton работают специалисты, такие как Сноуден, а также получают прибавку к пенсии люди, оказавшие услуги в прошлом и обеспечивающие в настоящем своими именами и связями беспрепятственный доступ Сноудена и остальных айтишников к сети АНБ.

Если кто-то из сотрудников АНБ поставил бы охранников приглядывать за работающими на объекте посторонними айтишниками, то в Booz Allen Hamilton, не говоря уже о Carlyle Group, есть достаточно людей, которые могут позвонить начальнику бдительного сотрудника. Начальник тоже хочет заслужить прибавку к будущей пенсии или просто оказать услугу влиятельному человеку, поэтому он примчится на место и обнаружит, например, что охранник, следящий за Сноуденом, не обладает достаточным уровнем допуска чтобы видеть то, что у Сноудена появляется на дисплее...

Так или иначе Carlyle Group получает от Booz Allen Hamilton коды доступа к сети АНБ, которыми затем пользуется с умом и осторожностью. Возьмем для примера гипотетическую ситуацию: Даниэлю Экерсону из Дженерал Моторз (он же Carlyle Group) нужны сведения о разработанных конкурентами из БМВ гибридных приводах; он подключается к сети АНБ и скачивает то, что АНБ наломала по этому вопросу в Баварии, то есть информацию очень низкого приоритета для агентства и не особо секретную; на глупости у Экерсона нет времени, и он не заглядывает по пути в файлы например, по террору, обращение к которым могло бы вызвать проверку, кто интересуется и в рамках какой операции — ему они просто неинтересны. В результате американская промышленность получает конкурентные преимущества на рынке, много народа зарабатывает много денег и званий, руководство АНБ при необходимости знает, какие лоббисты не откажут в помощи, если Конгресс захочет урезать ассигнования, и всем хорошо. До момента, когда маленький мальчик решает поиграть в игру, рассчитанную на больших.
 

Говоря о Booz Allen и Carlyle Дэвид Сирота недавно утверждал, что «многие из политиков, которые сейчас публично защищают государственный надзор и преследуют таких информаторов общественности, как Сноуден, взяли огромные суммы денег у этих двух фирм», и что обе политические партии США финансировались этими фирмами.

В свое время АНБ было одной из самых секретных организаций в мире. Недаром аббревиатура АНБ, Агентство национальной безопасности, по-английски NSA, National Security Agency, еще недавно полушутливо расшифровывалась как No Such Agency, то есть «нет такого агентства». Для выполнения своей гражданской миссии Сноудену в принципе не требовалось особо проникать в секреты АНБ, ему достаточно было «документировать» свою рутинную служебную активность. Однако парня подвела любознательность, ведь до приезда в Россию он еще не знал, что знайку на суд ведут, а незнайка дома сидит.

/Продолжение следует/