Награда нашла героев

Сегодня утром Европейский суд по правам человека опубликовал пресс-релиз, в котором главной новостью было утверждение о том, что первое дело против Ходорковского и Лебедева не было признано судом политически мотивированным.

Затем ЕСПЧ отозвал этот пресс-релиз и опубликовал новый, из которого следовало, что первый пресс-релиз был ошибочным, и дело было признано политически мотивированным.

Специалисты теперь будут долго спорить, что произошло, выдвигать версии, но как обычно никто не расскажет, что случилось в действительности. Полагаю, что президент суда Дин Шпильман сам не понял, что произошло.

Хотелось бы подчеркнуть, что в данном случае у меня нет никакой инсайдерской информации, однако ситуация представляется столь очевидной, что не вижу необходимости в частном расследовании.

Изменения постановления суда или внесения в него принципиальных изменений в промежуток времени между двумя пресс-релизами быть не могло: к моменту появления первого пресс-релиза судебное решение было постановлено, и новое заседание не созывалось.

Случайных ошибок подобного рода до сих пор не наблюдалось, и было бы странно предположить, что именно в столь политически чувствительном деле впервые проявится подобная небрежность.

Дело это, как всем известно, чрезвычайно политически важно для российского руководства и несомненно тщательно курировалось, включая поддержание связей на всех возможных уровнях с персоналом ЕСПЧ.

Возможности оказания эффективного давления на суд не имелось, так как для нейтрализации такого давления было достаточно, чтобы один из судей, необязательно рассматривающей дело палаты, просто один из 47 судей ЕСПЧ возмутился и дал об этом интервью прессе своей страны.

Итак, повлиять на решение российская сторона не могла, и для нее оставался один вариант: по возможности ослабить последствия, хотя бы на уровне пиара, посеять сомнения в том, действительно ли европейская юстиция считает первое дело Ходорковского и Лебедева политически мотивированным — вне зависимости от того, что написано в постановлении суда, которое прочтут немногие.

Мое оценочное мнение: первый пресс-релиз был вбросом, осуществить который было очень несложно, так как ЕСПЧ — не режимная организация. Никто не понесет ответственности за свое участие в операции российских спецслужб, если конечно, таковая проводилась.

Представитель технического персонала, распространивший пресс-релиз, сделал это, скажем, по просьбе одного из судей, а тот извинился перед президентом суда, сославшись, например, на рассеянность. Шума поднимать никто не станет, президент пожмет плечами и посоветует судье съездить на курорт.

Люди посмеются над судом, и впоследствии станут относится к нему менее серьезно. Пресса, готовившаяся выйти с заголовками о международно признанном факте преступления, совершенного режимом, теперь выйдет с заголовками о путанице в суде.

В заключение мне остается только поздравить незнакомых мне бойцов невидимого фронта с заслуженными правительственными наградами.